Вернуться к обычному виду

Полковник МВД Анатолий Ермолаев

Думал ли когда-то деревенский парнишка Толя Ермолаев о том, что доведется ему пройти пол-Европы, пять лет служить в Восточной Германии и объехать многие немецкие города, названия которых: Магдебург, Лейпциг, Беслау, Цебс - стали привычными и уже не казались сложными для языка. Такую возможность дала ему война и победа над врагом. Но вместе с этим она дала ему возможность погибнуть в первом же бою или утонуть при форсировании европейских рек. Но обошлось, повезло, он выжил и вернулся домой.

Родная деревня Анатолия Васильевича называется Городок, находится она в Петушинском районе. Здесь в 1926 году он родился 13-м по счету ребенком. Семья рано осталась без кормильца: от туберкулеза умер отец, Василий Тимофеевич. Мать, Мария Михайловна, оставшихся в живых детей поднимала одна.

Закончив начальную школу в деревне Большая Пекша, наш герой перешел в Болдинскую семилетку, но 7-й класс закончить не успел: началась война.

Всех мужчин, работавших в колхозе «Красный городок», забрали в армию. В деревне остались одни старики, бабы да ребятишки. 15-летние пацаны управлялись с лошадьми, зимой возили на станцию Болдино торфобрикет и дрова - это было основное топливо для паровозов, доставлявших на фронт военные грузы. Весной и летом они переключались на крестьянскую работу – пахали, бороновали, косили, убирали урожай. Хороших лошадей тоже забрали в армию, в деревне остались лишь старые, больные животные, которым и пришлось трудиться из последних сил.

Семья Ермолаевых держала корову, овец, кур. Был у нее и свой огород. Это помогло продержаться в голодные военные годы. Старшего брата Николая в первый же год забрали в армию, он погиб под Москвой в 41-м. Здесь же погиб муж сестры Антонины. Средний брат Константин ушел в армию в 42-м году. Его отправили служить на пограничную заставу в Хабаровском крае.

Самый младший брат Анатолий до сентября 43-го находился дома. Несмотря на юный возраст, и он, и его сверстники, заменили в своих семьях отцов и быстро повзрослели. Деревенская закалка, привычка к труду и физическая выносливость сослужили ему хорошую службу на фронте, когда приходилось делать огромные марш-броски.

Но это было позже, а вначале новобранец Анатолий Ермолаев был направлен в город Шуя Ивановской области, где окончил ускоренный курс обучения в школе младших командиров. В мае 44-го года в звании младшего сержанта его отправили на фронт. В воинском эшелоне вместе с молодым пополнением ехали также бойцы, которые выписались из госпиталей после ранения. Их принял 1-й Украинский фронт под командованием Конева.

Анатолий Ермолаев был направлен в 1-ю гвардейскую танковую армию, 8-й механизированный корпус командиром танкового десанта.

Первые бои, в которых довелось участвовать, шли за освобождение Львова.


За три года фашистские оккупанты в западных областях Украины только во Львове и Львовской области уничтожили около 700 тысяч советских граждан. По плану «Ост» намечалось переселить в Сибирь две трети населения западных областей Украины. Несмотря на жестокий террор, царивший в оккупированных фашистами областях, на стремление и усилия находившихся в услужении фашистов украинских националистов отравить сознание народа, отвлечь его от борьбы, на территории Западной Украины активно действовали подпольные партийные и комсомольские организации, ширилось партизанское движение. Ряды партизан постоянно пополняли местные жители. В западные области перешли многие партизанские соединения и отряды из Правобережной Украины. Часть их затем направилась в юго-восточные районы Польши. К концу апреля в оккупированных областях Украины и юго-восточных районах Польши действовали 11 советских партизанских соединений и 40 отрядов. Они насчитывали 12 600 человек. Начиная с весны 1944 года, советские партизаны наносили удары по вражеским коммуникациям во взаимодействии с польскими партизанскими отрядами. Перед наступлением Красной Армии они почти на месяц сорвали перевозки гитлеровцев на железнодорожных участках Львов - Варшава, Рава-Русская - Ярослав, а также разгромили 13 крупных гарнизонов противника. Гитлеровское командование в связи с тяжёлым положением своих войск в Белоруссии вынуждено было перебросить туда из западных областей Украины шесть дивизий, в том числе три танковые. В результате немецкая группировка, действовавшая против 1-го Украинского фронта, значительно ослабла. Тем не менее к началу наступления советских войск группа армий «Северная Украина» представляла собой внушительную силу.

«После освобождения Львова нам предстояло принять участие в Львовско-Сандомирской операции, - продолжает свой рассказ Анатолий Васильевич. - Мы совершили огромный, примерно в 500 километров, марш-бросок к городу Сандомир. Шли в основном ночью, а днем форсировали реки. Переправились через Южный Буг, Варту, Вислу и оказались на территории Польши. Здесь 1-й Украинский фронт удерживал Сандомирский плацдарм.

Середина января 1945 года. Сандомирский плацдарм на западном берегу Вислы южнее Варшавы заполнен опытными, закаленными четырьмя годами войны, вооруженными новейшей боевой техникой войсками Советской Армии. Все ждут приказа о наступлении. Это был пик нашей военной мощи. Настроение приподнятое, ощущается близость победы, но немного грустно от того, что ты можешь не дожить до нее. Невольно вспоминается тревожно-подавленное состояние армии и народа осенью 1941 года, когда реальная угроза порабощения иноземцами нависла над страной, а обескровленная тяжелейшими боями пехота почти забыла, как выглядят наши танки и самолеты».

Вскоре 1-ю гвардейскую танковую армию и 8-й корпус по приказу вывели на отдых и пополнение.

«Мы находились во втором эшелоне, в 5-ти километрах от линии фронта, - вспоминает Анатолий Васильевич. - Вырыли землянки, укрепили в несколько ярусов накат, сделали нары, настелили на них соломы – и солдатское жилье было готово. Нас отмыли, дали немного отдохнуть, а затем начались тактические учения».

Во втором эшелоне корпус находился до ноября, а затем по приказу Верховного главнокомандующего его вместе со всей 1-й гвардейской танковой армией передали 1-му Белорусскому фронту. Но учеба и отдых продолжались до декабря. В январе началось наступление на Маглушенсий плацдарм, и 17 января освободили польские города Варшава, Ланцберг, Лодзь и вышли к Потсдаму, а чуть позже, в феврале, вышли к реке Одер. Шел 45-й год, война продолжалась на европейских оккупированных территориях. Военные операции носили как массовый характер, когда были окружены и уничтожены крупные группировки немецких войск, так и упорные бои за небольшие населенные пункты.

16 февраля 1945 года Анатолия Ермолаева ранило. Его вывезли в госпиталь, который находился на территории Польши, недалеко от города Люблин. Лечение продолжалось два с половиной месяца, и 30 апреля его выписали. В составе небольшой группы, куда входили три девушки и еще один парень, он по приказу отправился в Берлин, в хозяйство полковника Ропота. На руках у каждого из них из документов была только справка о ранении. Выйдя на шоссе, они остановили машину «Студебеккер», перевозившую лошадей, и поехали в Берлин. На окраине немецкой столицы водитель высадил своих пассажиров, боясь нагоняя от командования. Едва они успели осмотреться и почувствовать непривычную тишину поверженного города, появился патруль и забрал всю группу в комендатуру. Девушек сразу отправили на службу к коменданту Берлина, а им дали автоматы и приказали патрулировать город. Во время патрулирования, они встретили военных, приезжавших в госпиталь для отбора бойцов, и таким образом все-таки попали в так называемое хозяйство полковника Ропота. Им оказалась школа санинструкторов, которую Анатолий Ермолаев успешно окончил. Группа была большая – 50 женщин-военнослужащих и 40 солдат и младших командиров. Всех женщин вскоре демобилизовали, а мужчинам еще предстояло служить в составе 206-й дивизии, которую готовили к отправке на Дальний Восток воевать с Японией.

«По каким-то неизвестным причинам меня направили в госпиталь города Магдебург, а затем назначили старшиной лазарета в 207-й зенитно-артиллерийской дивизии, - продолжает свой рассказа Анатолий Васильевич. - Это была уже мирная служба в составе советских оккупационных войск. Дело пришлось иметь уже не с ранеными, а с больными, сопровождать их на лечение, в зависимости от заболевания, в госпитали разных городов. Так что поездить мне пришлось».

Начавшаяся мирная жизнь расслабляла военный народ. Напряжение тяжело прожитых фронтовых лет, изматывающие всех наступления, суровый солдатский быт – все это было позади. Радость жизни была такой острой, что инстинкт самосохранения умолк. В результате начались повальные венерические болезни. Так отомстил своим победителям столичный европейский город с его чистокровным арийским населением. Все оказалось гораздо проще и примитивнее, чем то, чего хотели вожди германского народа и что они культивировали.

В 1950-м году Анатолий Васильевич демобилизовался из армии. Ему предлагали остаться на сверхсрочную службу, но в связи с болезнью матери он был вынужден отказаться.

Первое время работал младшим техником по добыче торфа на Митенинском торфопредприятии, а затем по комсомольской путевке, что было принято в те далекие годы, его направили на службу в органы МВД.

Вначале он служил дежурным по дивизиону в Вятском исправительно-трудовом лагере в Кировской области. А через год получил направление в город Вильнюс, в оперативную школу МВД. Через два года в звании младшего лейтенанта вновь вернулся в Вятский ИТЛ, продолжив службу в должности уполномоченного лагерного пункта. Теперь его направили в 13-е лагерное отделение начальником оперативной части. Он курировал три лагерных пункта: 31-й - особо опасных рецидивистов, 35-й строгого режима и 29-й общего режима. Оперативная работа заключалась в постоянном взаимодействии с заключенными, и главная задача состояла в том, чтобы не допустить побегов, массовых беспорядков и препятствовать нарушению режима, рабочего распорядка лагеря. В те далекие времена заключенные не просто отбывали в лагере назначенный им срок, но в обязательном порядке работали на лесоповале, в производственных цехах. Обеспечить дисциплину было делом непростым, но необходимым. Для этого применялись не только силовые, но и другие методы, в их числе и создание агентурной сети. Это общепринятая практика, без которой понять, что происходит в лагере, просто невозможно.

Служил молодой офицер исправно и добросовестно, поэтому через пять лет его вновь направили на учебу в школу подготовки начсостава в город Тавда Свердловской области. Был он уже женат на девушке из родной деревни, у них росла дочь Ирина. Жить приходилось на частной квартире, зарплата была небольшая, но на жизнь его небольшой семье хватало.

Так в юридической школе прошло еще три года серьезных занятий, зачетов, экзаменов. И, наконец, выпуск. По окончании школы в 1961 году Анатолий Васильевич получил направление в родные края – в управление внутренних дел Владимирской области, а конкретно – исправительно-трудовую колонию города Покрова. Заключенным этой колонии довелось принять участие в строительстве Всесоюзного института микробиологии и вирусологии.

В 64-м году колонию расформировали, его направили в Судогодскую колонию, где он служил начальником оперативной части. А через три года он вновь вернулся в город Покров, где работал начальником оперативной части, а затем заместителем начальника городской тюрьмы. В 1979 году с этой должности ушел на пенсию, прослужив в органах МВД 30 лет и еще семь лет действительной службы. Стаж получается немалый, да и награды говорят сами за себя. Анатолий Васильевич награжден медалями «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За форсирование Вислы», орденом Отечественной войны II Степени, медалью «За победу над Германией» и юбилейными наградами, а также медалями «За безупречную службу в МВД» I, II, III степени, медалями “200 лет МВД” и “125 лет УИН” (учреждения исполнения наказаний).

«Я счастливый человек, - считает Анатолий Васильевич, - на войне уцелел, сумел себя реализовать, вырасти из простого деревенского паренька до кадрового офицера, добросовестно служить там, куда направят. Успешно закончил учебу в трех училищах, а это, скажу вам откровенно, было непросто. Но главное мое богатство – дети, внуки, правнуки. У меня две дочери, два внука и две внучки. И еще, представляете, три правнучки. Буквально недавно последняя правнучка родилась, да прямо на зависть – вес 4100 и рост 56 сантиметров. Дай Бог, все вырастут хорошими людьми», - пожелал мой собеседник.


Галина Фомичева