Вернуться к обычному виду

Полковник Василий Никифоров

Дверь квартиры открыла приветливая женщина в опрятном цветном халате. Весь ее облик, такой милый и домашний, говорил о гостеприимстве и радушии. Супруга полковника Никифорова Антонина Андреевна усадила меня в кресло, пригласила Василия Андреевича, и, пока мы знакомились и объяснялись, я успела незаметно оглядеться и понять, что здесь живет замечательная хозяйка, умеющая создать в доме уют и комфорт.


«У нас ведь вся мебель куплена давно, лет 30, а то и больше назад, каждая вещь памятна, – сказала Антонина Андреевна, словно угадав мои мысли, - мы ее в Покров с собой привезли. Вон дорожка лежит, куплена еще в 63-м году. А вот этот красный ковер на полу мы еще в Таджикистане приобрели. Гарнитур купили в 67-м году. Холодильник вот жалко, 41 год прослужил и вышел из строя, я уж в последнее время даже с ним разговаривала, просила поработать, - смеется она. - Сколько раз он переезжал с нами - и ничего, а тут отказал. Дочь Татьяна для нас новый холодильник приобрела в кредит».

Супруги прожили вместе 55 лет. Много лет назад, встретив эту девушку на Сахалине, младший лейтенант Никифоров женился на ней, не раздумывая. Тогда он еще не понимал, что ему в жизни несказанно повезло: Антонина Андреевна стала настоящей офицерской женой. Она разделила с ним все тяготы жизни в отдаленных точках, где не было никаких удобств и порой не хватало элементарных условий для нормальной жизни. Она пережила с ним многочисленные переезды с места на место, из одной воинской части в другую, всюду несла с собой мир и покой. Везде эта женщина умела создать тепло домашнего уюта, наладить теплые отношения с его сослуживцами и другими офицерскими женами, всегда он чувствовал заботу о нем и детях.

Будущий полковник Василий Никифоров родился в 1926 году в селе Багряш, Куйбышевской области. Отец, Андрей Романович, работал плотником в колхозе «Искра», мать, Афанасия Фроловна, трудилась в полеводческой бригаде. В колхозе сеяли пшеницу, рожь, просо, подсолнечник, сажали картошку.

Детей в семье родилось много, но выжили не все: осталось их пятеро - четыре брата и сестра. Мальчишки, подрастая, помогали родителям. Их, как правило, приставляли смотреть за лошадьми. В колхозе лошадей было много - голов 250-260. На них пахали, сеяли, боронили, убирали урожай. Это была основная тягловая сила и основной транспорт. В предвоенной деревне тракторов практически не было, а если и пришлют когда диковинную машину, так она сразу сломается и стоит без дела.

Крестьянская работа для деревенских детей была привычной. «Особенно мне нравилось гонять лошадей в ночное, - вспоминает Василий Андреевич. - Бывало, сидим у костра, разговариваем, а лошади рядом ходят, кормятся, фыркают. С нами, как правило, посылали одного-двух взрослых мужика, а то ведь мало ли что. Пацаны и подраться могут, да и за делом еще по-настоящему смотреть не умели, учились только у взрослых конюхов».

В школе Василий занимался охотно, за этим пристально следила мать. Она много беседовала с сыном и убеждала его в том, что выучиться надо обязательно. Он и учителей своих до сих пор помнит. Директором школы у них был Валентин Ульянович Клюшников, а его жена, Серафима Ульяновна, работала учительницей.

Перед самой войной Василий Никифоров закончил семилетку и поступил работать конюхом. Кто знает, как сложилась бы дальнейшая жизнь таких, как он, молодых ребят, если бы не война. Многие вышли в люди и получили военную специальность именно благодаря войне - вот такой парадокс.

Отец и старшие братья ушли на фронт сразу. Рвались воевать и они, 15-летние подростки. Его пыл охлаждала мать. Она задавала ему, кормильцу семьи, один-единственный вопрос: «А я с кем останусь?» Он понимал тогда, что бросать мать и младшую сестру он не должен, и решил так: придет повестка, тогда и пойдет служить.

Повестка пришла в ноябре 43-го года. Василия вместе с другими 17-летними новобранцами сначала отправили в Куйбышев, а затем привезли в местечко Суслонгер в Марийской ССР, где молодые ребята готовились воевать, проходили военное дело, строевую, физическую подготовку. Жили они в казарме, питание было скудное. Теперь судьба каждого зависела от приказа командования, распоряжаться собой они уже не могли.

5 декабря Василий Никифоров принял присягу и был направлен в полковую школу, где формировалась маршевая рота для отправки на фронт. Но по пути в действующую армию из этой роты отобрали самых грамотных ребят и направили их в пехотное училище в г. Энгельс для подготовки младших командиров, в которых нуждалась армия. В их число попал и Василий Никифоров. После 6-месячной учебы в Энгельсе курсант Никифоров получил дальнейшее направление в пехотное общевойсковое училище в г. Ульяновск. Дисциплина в училище была очень строгая: время ведь продолжалось военное. Но кормили хорошо. В увольнение в город курсанты ходить особо не стремились: можно было нарваться на местное хулиганье, которое не только демонстрировало свою враждебность, но и могло запросто ножом пырнуть. Да и командиры всегда предупреждали об опасности.

В 46-м году Василий Никифоров окончил училище, ему было присвоено воинское звание младшего лейтенанта. В составе группы из 12 выпускников он был направлен в г. Гота, что в Германии, командиром стрелкового взвода, который охранял склады боеприпасов и вооружения. Так началась нелегкая военная служба. Помимо выполнения основной задачи, проводилась обязательная строевая подготовка, политзанятия. Командир взвода уделял большое внимание дисциплине и воспитанию бойцов. На службе, без преувеличения, приходилось находиться круглые сутки.

Обстановка в послевоенной Германии была сложной: здесь стреляли из-за угла, народ был озлоблен, на своих победителей смотрел враждебно, так что бойцы в увольнение ходить опасались.

15 марта 1948 года младший лейтенант Василий Никифоров получил приказ следовать на Сахалин. После победы над Японией остров интенсивно заселяли военными, здесь базировалось множество войсковых частей разных родов войск. Стояли они в основном в отдаленных точках, в тайге, условия для жизни были суровые. Зачастую приходилось перемещаться из одной точки в другую. Так, Василий Андреевич прибыл вначале в пос. Оноры, стоящий на границе между Северным и Южным Сахалином, а затем его перевели в Победино, где находились крупные артиллерийские склады. Здесь он и встретил свою судьбу.

Антонина Андреевна тоже родом из Куйбышевской области. На остров Сахалин она приехала вместе с родителями. Ее отчим, Николай Максимович Зурнин, прибыл на лесоразработки по оргнабору, то есть завербовался, как тогда говорили. И в поселке Победино молодые люди встретились. Месяца через полтора они поженились.

«Да он никогда бы с девушкой не познакомился, - смеется Антонина Андреевна, - такой был рьяный службист. Спасибо его старшине Бушуеву. Это он нас познакомил».

Свадьбу сыграли 23 февраля, и с тех пор этот день в их семье - любимый праздник.

В этом же году 5 декабря в семье Никифоровых родился мальчик, имя ему дали Станислав. Через 15 дней Василий Андреевич уже перевозил семью на новое место службы – на Северный Сахалин. Мороз стоял градусов под 50, ехали в холодной машине, периодически останавливаясь, чтобы перепеленать ребенка в кабине, где было теплее. Очередное место службы называлось «43-й километр», здесь стоял отдельный взвод из 150-ти человек, охранявший крупные склады боеприпасов. Жили в домиках, вода была привозная, брали ее на ближайшей сопке и возили лошадью. Днем воды давали по ведру, остальное шло для солдат, на пищеблок, зато ночью на бытовые нужды офицерским женам можно было брать сколько хочешь. Зимой большим подспорьем был снег, его топили, получая воду для стирки и мытья.

«Жили на 43-м километре только солдаты, офицеры и их семьи, - вспоминают мои собеседники. - Зимы стояли суровые, холодные. До Нижнего Армудана было 5 километров, до Верхнего Армудана – 7. В соседние поселки мы ходили каторжной тропой. А за продуктами периодически ездили в Александровку или в Южно-Сахалинск. Командование выделяло женщинам сильную, с хорошей проходимостью машину марки «Студебеккер».

Как ни трудно жилось здесь, на Северном Сахалине, Антонина Андреевна вспоминает это время с особым теплом. «Коллектив был сплоченный, служили очень хорошие офицеры, старшины. Жили дружно, офицерские жены были замечательные женщины, а ведь люди были из разных мест и разных национальностей, - рассказывает она. – Семья Козаченко – из Белой Церкви, семья Кунцевич – из Белоруссии. Мы были молодыми, и те, кто постарше, старались нам помочь, подсказать, что-то посоветовать. И в дальнейшем много хороших людей мы встретили на своем пути. До сих пор с благодарностью вспоминаем семью Безугловых, Веру Михайловну и Александра Романовича, а также Ивана Ивановича и Полину Даниловну Кондрашевых. Они приехали из Ленинграда. Семья была замечательная».

В августе 54-го года капитан Василий Никифоров получил приказ о его переводе в Оренбургскую область, в г. Орск. Здесь базировались военные строители. Здесь через год родилась в семье дочь Татьяна. Затем было еще много переездов. Всей воинской частью в товарных вагонах перебазировались в Башкирию, затем их перевели в Бурятию. Жили на 18-м километре, где находился блокпост Серов. Кругом тайга, рядом ни деревни, ни поселка. Но вместе с солдатами и командирами все тяготы службы делили их семьи – жены, дети. Несмотря на молодость, Антонину Андреевну выбрали председателем женсовета. Впереди был самый любимый и самый долгожданный праздник – Новый год. На улице в расположении части стояла очень красивая ель. Антонина Андреевна предложила ее нарядить, и в этом все - солдаты, сверхсрочники - приняли активное участие. Игрушек практически не было, сами делали фонарики, шили детям костюмы, соорудили горки. Устроили замечательный праздник малышам и вечер для взрослых. Пели, танцевали. И потом таких душевных вечеров было много.

В 1962-м году Василия Андреевича Никифорова перевели на новое место службы с повышением. Его назначили начальником КЭО - квартирно-эксплуатационного отдела центральных офицерских курсов, которые располагались на Дивизионной станции под Улан-Удэ. Здесь обучались немцы, югославы для дальнейшей службы в ракетных частях. Служба была ответственная. Василий Андреевич отвечал не только за жилье, но и коммунальное обеспечение. Дома его по-прежнему ни жена, ни дети не видели. Раньше 12 часов ночи он домой не возвращался.

В связи с расформированием курсов в 1964 году его перевели начальником КЭЧ, квартирно-эксплуатационной части, в Узбекистан, в г. Термез, который находится на границе с Афганистаном. Ответственность и объем работы на этой должности увеличились. Отвечать приходилось за обеспечение и снабжение всей воинской части.

Выбрав момент, я задала прямой вопрос: «Каким Василий Андреевич был командиром и офицером, как относились к нему бойцы и сослуживцы?» Кто может более объективно оценить мужа? Конечно, жена. Антонина Андреевна без промедления ответила: «Его везде любили». А Василий Андреевич к этому добавил: «Я старался всегда быть справедливым».

Зимние холода Сахалина остались далеко позади, теперь людей донимала непривычная жара, но так уж устроен военный человек: он не привык роптать, и домашним приходилось смиряться с условиями жизни.

В 1967-м году последовал новый перевод, на этот раз в Туркмению и вновь начальником КЭЧ. Хороших бытовых условий для устройства семьи по-прежнему не было. Жили в отведенном помещении на складе боеприпасов. Так получилось, что всю жизнь артсклады или склады горюче-смазочных материалов постоянно находились рядом с их жильем, во всех точках, где проходила служба, но ни разу здесь не случился взрыв и пожар, как зачастую происходит сейчас. «Охранялись, как положено», - резюмирует Василий Андреевич.

В 68-м году он попал в аварию. Пришел срочный вызов в Ташкент, он полетел туда самолетом. «Вдруг прибегают к нам на склады и говорят, что самолет разбился, - вспоминает Антонина Андреевна. – Через некоторое время Василий Андреевич вернулся домой на «газике», весь в техническом масле. Рассказал, что самолет запросил аварийную посадку в Чарт-Джоу, а там случилось наводнение, сесть не удалось. В это время у самолета отказали первый и второй двигатели, пришлось планировать на вспаханное поле. Сели благополучно, но при этом самолет врезался в дерево и разломился пополам». В Ташкент он все же улетел другим самолетом, но эта авария даром не прошла и позже сказалась на здоровье.

В 69-м году семья совершила еще один, предпоследний переезд. На этот раз в Алма-Ату. Василий Андреевич, уже в звании подполковника, служил здесь начальником топливного отдела КЭУ – квартирно-эксплуатационного управления. Сын Станислав уже учился в Ташкентском военном училище. Подросла и дочь. Тогда Василий Андреевич впервые был вынужден пройти лечение в госпитале. После аварии у него начались головокружения. В отставку он ушел в 76-м, но продолжал работать на инженерно-строительной должности в штабе округа, строить убежища, выезжать и подолгу бывать на объектах. Здесь, в Алма-Ате, его семья впервые получила собственную трехкомнатную квартиру. Позже, в 93-м году, ее удалось поменять, правда, уже на двухкомнатную. Так удалось приехать на постоянное место жительство в г. Покров.

«Здесь нас тоже хорошо приняли и соседи по подъезду, и в городской администрации, - говорит Антонина Андреевна. – Вообще, нам в жизни везло на хороших людей, мы до сих пор с благодарностью всех вспоминаем. Однажды в Кисловодске нам посчастливилось встретиться с замполитом Иваном Ивановичем Кашуровым. У него была замечательная семья, мы служили с ними на Северном Сахалине. Господи, сколько было радости, сколько разговоров! - говорит она. – Мы и сейчас продолжаем переписываться с прежними знакомыми».

Вот так, за два часа нашего разговора прошла целая жизнь одной семьи, одного советского офицера, полковника Василия Андреевича Никифорова. Воевать ему не довелось, так сложилась его судьба по воле командования, но звание участника ВОВ ему присвоено. Василий Андреевич награжден орденом Красной звезды, медалью «За боевые заслуги», медалью «За победу над Германией» и юбилейными медалями, носит звание «Ветеран вооруженных сил СССР». В армии он отслужил 36 лет.

Сын Станислав тоже стал военным, а дочь Татьяна получила профессию врача. Она со своей семьей тоже живет в Покрове, у нее уже взрослые дети – сын Андрей и дочь Лена.

Эту волну воспоминаний Василий Андреевич погасил одной-единственной фразой. Он вдруг сказал, поглядывая в сторону Антонины Андреевны: «На ее месте я бы сбежал от такого мужа и от такой жизни». В этой фразе было все: и признание мужества верной супруги, и благодарность за то, что многие годы она была рядом с ним.

Галина Фомичева